ШВАРЦ, ЕВГЕНИЙ ЛЬВОВИЧ (1896–1958), русский драматург. Родился 9 (21) октября 1896 в Казани в семье врача. Детство Шварца прошло в г.Майкопе.
Отец его - Лев Борисович Шварц (1874-1940) был врачом, мать Мария Фёдоровна Шелкова (1874-1941) – акушеркой.
Отношения между родственниками со стороны матери и отца будущего писателя были сложными, оказали сильное влияние на формирование его личности и творчества.
Из дневников Е.Л.Шварца: «Рязань и Екатеринодар, мамина родня и папина родня, они и думали, и чувствовали, и говорили по-разному, и даже сны видели разные, как же могли они договориться? ...отец... был человек сильный и простой... Участвовал... в любительских спектаклях. Играл на скрипке. Пел. Рослый, стройный, красивый человек, он нравился женщинам и любил бывать на людях. Мать была много талантливее и по-русски сложная и замкнутая... для простого и блестящего отца моего наш дом, сложный и невесёлый, был тесен и тяжёл».
Евгений Львович был глубоко верующим человеком. Интересны воспоминания о первом причастии в церкви. «Когда бабушка узнала, что я ещё не причащался никогда, она очень рассердилась на маму и повела меня в храм. И когда я принял причастие, то почувствовал то, чего никогда не переживал до сих пор. Я сказал бабушке, что причастие прошло по всем моим жилочкам, до самых ног. Бабушка сказала, что так и полагается. Но, много спустя, я узнал, что дома она плакала. Она увидела, что я дрожал в церкви, - значит, Святой Дух сошел на меня».
После окончания в 1912 году реального училища родители настояли на поступлении в Московский Университет на юридический факультет. Учёба давалась Шварцу туго, и через два года, отправив родителям телеграмму «Римское право умирает, но не сдаётся», он вернулся домой.
Почти по дням свою жизнь описал в дневниках-мемуарах, но существует загадочный пробел в пять лет. Лишь одно пишет он об этом периоде: «Мне не хочется рассказывать о тех годах, куда меня несло, туда я и плыл, пока несчастья не привели меня в себя».
Только через столетие выяснились обстоятельства, которые Евгений Шварц тщательно скрывал всю свою жизнь. В 1916 году, закончив военное училище в Москве, он поступил в распоряжение Кавказского военного округа. Прапорщик Евгений Шварц служил в рядах Белой армии. В марте 1918 года - оказался в эпицентре самых драматичных событий гражданской войны. Участвовал в знаменитом «Ледовом походе» генерала Корнилова, ставшем символом белого движения. Там он получил тяжёлую контузию, следствием которой было дрожание рук, которое мешало ему в работе всю последующую жизнь.
Каким образом ему удалось скрыть этот факт своей биографии - загадка...
Демобилизованный после ранения, Шварц поступил в университет Ростова-на-Дону, но учился там недолго. Он и его брат Антон, поступили в театр «Передвижная мастерская» (по другой версии театр назывался «Театральной мастерской»). Евгений влюбился в актрису этого театра Гаяну Халаджиеву. Он добивался красавицы армянских кровей целый год; до тех пор, когда мгновенно прыгнул в ледяную воду ноябрьской реки прямо в одежде, когда она спросила: «А в Дон вы прыгнете?» После этого поступка - не устояла, вышла за него замуж.
В октябре 1921 года артисты театра, среди которых был Евгений Шварц, приехали в Санкт-Петербург. В рецензиях на спектакли «Театральной мастерской» критики отмечали выдающиеся пластические и голосовые данные Шварца и прочили ему блестящее актерское будущее. К сожалению, вскоре театр был ликвидирован в связи с отсутствием сборов. Шварц перебивался как мог: грузил уголь, подрабатывал на железной дороге, играл в загородном театре, пел в хоре. В начале 1920-х годов работал литературным секретарем К.И.Чуковского, а в 1923–1924 – журналистом различных изданий г.Донецка, в том числе журнала «Забой» и известной за пределами Донбасса газеты «Кочегарка», для которой сочинял стихотворные фельетоны под псевдонимом Дед Сарай.
В 1924 Шварц вернулся в Ленинград, работал в детской редакции Госиздата под руководством С.Маршака, сотрудничал с журналом «Ленинград». Одной из главных его обязанностей была помощь дебютантам, многие из которых вспоминали о том, что Шварц отличался редкостной способностью развивать и дополнять чужие замыслы, помогая таким образом новичкам прояснить их индивидуальные возможности и намерения.
В эти годы Шварц был близок к группе ОБЭРИУ. Как и многие обэриуты, писал детские рассказы и стихи для журналов «Чиж» и «Еж» («Рассказ старой балалайки», 1925, и др.), издавал детские книги.
Вспоминая общественную обстановку тех лет, Шварц писал: «Противники антропоморфизма, сказки утверждали, что и без сказок ребенок с трудом постигает мир. Им удалось захватить ключевые позиции в педагогике. Вся детская литература была взята под подозрение. Единственное, что, по их мнению, разрешалось делать детским писателям, это создавать некоторые необязательные довески к учебникам». В такой атмосфере рождалась драматургия Шварца.
Первая его книга «Рассказ старой скрипки» — сборник стихов, адресованных детям, вышла в 1925 году. В 1928 году он работает в редколлегии детского журнала «Ёж». Знакомится с М. Зощенко, Д. Хармсом.
Вскоре он знакомится с Екатериной Ивановной Обух. Это - любовь, которая приходит сразу, неожиданно и навсегда. Из-за этого чувства Шварц оставляет семью. Вот что писал об этом К.И.Чуковский: «...он никогда не умел противостоять любви, потому что был слабый человек. Он совершал решительные поступки именно потому, что чувствовал свою слабость. Полюбив Ганю, он прыгнул с набережной в Дон. Полюбив Екатерину Ивановну, он оставил Ганю и новорожденную дочь. В течение долгого времени он знал, что ему предстоит нанести Гане чудовищный удар, неизбежность этого так страшила его, что он все откладывал и откладывал, ничем себя не выдавая, и удар, нанесенный внезапно, ничем не подготовленный, оказался вдвое страшнее».
Шварц прожил с Екатериной Ивановной 30 лет - до конца жизни, и всегда был влюблён в неё. «Настоящее счастье, со всем безумием и горечью...» Дневник: «...в лето 29 года, переменившее всю мою жизнь ...жил я напряжено и несчастливо и так счастливо... В те дни я, уклончивый и ленивый и боящийся боли, пошел против себя самого силою любви. Я сломал старую свою жизнь и начал новую. И в ясности особенной, и как одержимый, как в бреду. Всё это было так не похоже на меня, что я всё время думал, что умру. И в самом деле старая жизнь моя осенью умерла окончательно – я переехал к Катюше... Да и в самом деле я старый, прежний умирал, чтобы медленно-медленно начать жить. До тех лет я не жил».
Это ей он посвятил свой гимн любви - пьесу «Обыкновенное чудо». «Я думаю, дело заключалось в могучей её женственности, простоте и силе её чувств. Вокруг неё всё как бы оживало - и комната, и вещи, и цветы светились под её материнскими руками».
В 1929 Шварц написал свою первую пьесу Ундервуд. Сюжет ее прост: студент Нырков получил для срочной работы на дому пишущую машинку «Ундервуд», жулики решили ее украсть, а пионерка Маруся помешала им. Детский образ, воплощающий в себе дружбу и самоотверженность, благодаря которым развеиваются силы зла, стал сквозным образом пьес Шварца – подобно Марусе из Ундервуда и девочке Птахе, героине пьесы Клад (1933).
В 1934 режиссер Н.Акимов уговорил драматурга попробовать свои силы в комедийной драматургии для взрослых. В результате появилась пьеса Похождения Гогенштауфена – сатирическое произведение со сказочными элементами, в котором борьба добрых и злых сил происходила в реалистически описанном советском учреждении, где управделами Упырев оказывался настоящим упырем, а уборщица Кофейкина – доброй феей.
Пьеса Тень (1940), написанная, как и некоторые другие пьесы Шварца, по мотивам сказок Х.К.Андерсена, была снята с репертуара сразу после премьеры, т.к. в ней сказка слишком очевидно приближалась к политической сатире. Возможно, этим объясняется обращение Шварца к современной теме с «идеологически выдержанных позиций» и без сказочных элементов. Незадолго до Великой Отечественной войны он написал пьесы Брат и сестра (о спасении детей со льдины) и Наше гостеприимство (о бдительности советских людей накануне войны). В годы войны написал пьесу о блокаде Ленинграда Одна ночь (1942), в которой также не было элементов сказки.
В годы Великой Отечественной войны Шварц был эвакуирован из блокадного Ленинграда в Киров (Вятку) и Сталинабад (Душанбе). Работал над пьесой Дракон (1943 (1944?), которая была поставлена уже после войны. Как, потом он говорил своей дочери: «Писал про Гитлера, а получилось – про нас». Спектакль был снят с репертуара сразу после премьеры в Ленинградском театре комедии. Пьеса оставалась под запретом до 1962. Содержание пьесы не сводилось к победе доброго рыцаря Ланцелота над злым правителем Драконом. Могущество Дракона было основано на том, что он сумел «вывихнуть людские души», поэтому сразу после его смерти началась борьба за власть между его приспешниками, а народ по-прежнему довольствовался своим убогим существованием.
Ознакомившись с режиссерской экспозицией Дракона, сделанной Акимовым, Шварц высказал в письме постановщику один из главных принципов своей драматургии: «Чудеса придуманы прекрасно. Но в самом обилии их есть оттенок недоверия к пьесе... Если чудо вытекает из того, что сказано в пьесе, – оно работает на пьесу. Если же чудо хоть на миг вызывает недоумение, требует дополнительного объяснения, – зритель будет отвлечен от весьма важных событий. Развлечен, но отвлечен». Читатель и зритель пьес Шварца мог делать выводы о позиции автора, исходя из конкретных образов и ситуаций, из последовательного раскрытия драматургом психологии персонажей. При наличии глубокого философского подтекста, пьесы Шварца Голый король (1934), Красная Шапочка (1936), Снежная королева (1938), Золушка (1946), Обыкновенное чудо (1954) и другие антидидактичны; необыкновенное, сказочное сочетается в них с реальным, узнаваемым. По аналогии с «комедиями характеров» критики называли их «сказками характеров».
После войны общественное положение драматурга было нелегким. Об этом свидетельствует его Автобиография, написанная в 1949 и изданная в 1982 в Париже. При жизни Сталина пьесы Шварца не ставились. За возвращение их на сцену выступила в 1954 Ольга Берггольц, назвав Шварца на съезде писателей самобытным, своеобразным и гуманным талантом. В 1956 был издан первый сборник его пьес, по ним снова начали ставить спектакли – и в СССР, и за рубежом.
В 1955–1956 Шварц вел дневниковые записи, ставшие основой его Телефонной книжки – уникальной формы мемуаров, изобретенной им самим. Телефонная книжка (впервые полностью опубл. 1997) – это миниатюрные портреты современников, с которыми сводила Шварца творческая судьба, а также меткие характеристики всевозможных советских учреждений – творческих союзов, издательств, театров, вокзалов и т.п. Цель ведения Телефонной книжки Шварц определил в ней же самой: «Я пишу о живых людях, которых рассматриваю по мере сил подробно и точно, словно явление природы. Мне страшно с недавних пор, что люди сложнейшего времени, под его давлением принимавшие или не принимавшие сложнейшие формы, менявшиеся незаметно для себя или упорно не замечавшие перемен вокруг – исчезнут.... Мне кажется, что любое живое лицо – это историческое лицо... Вот я и пишу, называя имена и фамилии исторических лиц».
Всю свою жизнь пытался помочь людям. В 1920-х подбирал беспризорников и с помощью Маршака устраивал в детские дома. Когда Заболоцкий попал в тюрьму, поддерживал материально жену поэта и двоих его детей. С 1946-го помогал Михаилу Зощенко, от которого тогда отвернулись многие. В 1950 году, в разгар «борьбы с формализмом и космополитизмом», из Ленинградского университета уволили литературоведа, профессора Бориса Эйхенбаума, приносил безработному ученому продукты.
И.Эренбург охарактеризовал Шварца как «чудесного писателя, нежного к человеку и злого ко всему, что мешает ему жить». В.Каверин называл его «личностью исключительной по иронии, уму, доброте и благородству».
Шварц написал около 25 пьес, не все они изданы. По его сценариям поставлены фильмы Первоклассница, Золушка, Дон-Кихот, в которых снимались блистательные актеры Э.Гарин, Я.Жеймо, Ф.Раневская, Н.Черкасов, Ю.Толубеев и др.
Умер Шварц в Ленинграде 15 января 1958.
Через пять лет рядом появится могила жены – Екатерины Ивановны. Она не смогла жить без любимого; приведя в порядок записи Шварца и подготовив его собрание сочинений, приняла смертельную дозу лекарства.
(Копмиляция из статьи в энциклопедии "Кругосвет" и статьи Натальи Эстеван "Евгений Шварц. Меня Господь благословил идти")
Ссылка на
статью в Википедии